?

Log in

No account? Create an account

Журнал Александра Костюхина

Российские учителя — о низких зарплатах, бесконечных отчетах и недостатках системы образования
akostyuhin


Почему у учителей по-прежнему низкие зарплаты, зачем нужны новые предметы «родной русский язык» и «родная литература» и что еще не устраивает педагогов в их ежедневной работе? В рамках совместного проекта с социальной сетью «Одноклассники» Znak.com узнал мнения учителей о существующей системе образования и выяснил, что бы они хотели в ней изменить.

Опрос учителей из разных городов России проводился на странице Znak.com в соцсети в течение прошлой недели. За это время преподаватели оставили более 500 комментариев. Мы проанализировали их и рассказываем, что беспокоит педагогов больше всего.

Многие учителя настроены пессимистично и обращают внимание не нехватку кадров, в том числе из-за низкой зарплаты. «А где достойные [учителя]? Потихоньку уходят, кто за лучшей долей и достойной зарплатой, кто на пенсию… Молодежь если и приходит, то ненадолго, да и подготовка их оставляет желать лучшего… Пройдет еще 10 лет, и образованию конец… Может быть, это и является целью нашей власти? Не нужны образованные и думающие люди, нужна тупая бессловесная масса, всегда довольная жизнью после бутылки водки и просмотра похабных передач по ТВ… Грустно», — пишет Татьяна Тихомирова из Конаково (Тверская область).

«По большому счету наше мнение никто не учитывает, всем на все плевать. Уничтожили нормальное образование, учителей и не спросили», — считает Ольга Кашина, работающая в одной из омских школ.

«Если бы сейчас встал вопрос о получении образования, ни за что не стала бы получать профессию учителя. Наступило такое время, когда нас обвиняют во всех смертных грехах.
Папа с мамой головы сковородками в пьяном угаре поразбивали — виноват учитель. Деньги пропили, детям есть нечего — опять учитель виноват. Снегом замело дворы селянам — иди, учитель, неси им хлеба, оставив своих детей дома. В ДТП ребенок попал во внеучебное время — чья, думаете, вина? Верно, учителя! Одни отписки, отчеты, проценты… С детьми работать некогда!» — говорит Татьяна Хохлова, педагог с 30-летним стажем из станицы Новолеушковской (Краснодарский край).

«Забавно, что родительская аудитория не бьет тревогу по поводу того, что теперь в школе (с легкой руки Минобра) могут работать студенты или вовсе люди без профильного образования. То-то будет весело! Прямо грибоедовское: „Числом поболее, ценою подешевле“. Так закроют дефицит кадров. И школа перестанет существовать — будет бесплатная передержка», — уверена Оксана Хаустова из Иркутска.

Развернуть записьCollapse )


promo akostyuhin november 1, 2014 17:56 31
Buy for 10 000 tokens
Вчера, 31 октября, в Боровичи приезжала делегация прокурорских работников. Возглавлял делегацию заместитель прокурора Новгородской области старший советник Константин Сомов. Заявленная цель визита – улучшение взаимодействия предпринимателей и прокуратуры. Константин Сомов старательно…

Великое и ужасное: почему мы боимся своего государства
akostyuhin


Россияне стали бояться собственного государства: привычная неэффективность и неповоротливость сменяются суетливой лихостью и оперативной жестокостью в ситуациях, когда надо кого-нибудь посадить за «экстремизм», а внезапность внешнеполитических кульбитов несколько противоречит общепризнанной и внушенной нации еще в советские временам догме «Лишь бы не было войны».

Российские граждане, насмотревшись телевизора, всерьез стали боятся. Но не супостатов, о которых взахлеб, хотя и по инерции, твердит официальная пропаганда, а родного государства.

Сначала государству прощали отдельные недостатки в менеджменте, вороватость и неадекватность в правоприменительных практиках за то, что оно сделало Россию great again. Однако после пяти лет непрерывного падения реальных доходов некоторые группы населения начало озарять: а ведь неспособность построить нормальные отношения с внешним миром ради улучшения внутриэкономической ситуации — это тоже плохой менеджмент.

Военные победы и прочая барабанная дробь перестали поднимать рейтинги власти после пенсионной реформы, с которой государство, отменившее до этого накопительные пенсии, опоздало минимум лет на 15. Такие реформы проводят в тучные годы, а не в эпоху безысходной депрессии.

И тогда россияне стали бояться собственного государства: привычная неэффективность и неповоротливость сменяются суетливой лихостью и оперативной жестокостью в ситуациях, когда надо кого-нибудь посадить за «экстремизм», то есть за хождение по улицам в выходной день, а внезапность внешнеполитических кульбитов несколько противоречит общепризнанной и внушенной нации еще в советские временам догме «Лишь бы не было войны».

И вот на смену чувству гордости за то, что нас все боятся, приходят разнообразные тревоги и страхи. Главный из них — страх большой войны — за два года, с октября 2017-го по июль 2019-го, по данным Левада-центра, вырос на 14 п.п., с 37 до 51 процента.

На 16 процентных пунктов, с 11 до 27%, вырос страх «произвола властей, беззакония». По сути, государство превратило внешнюю политику в продолжение войны иными средствами и в технологию, которая может спровоцировать горячую фазу гибридных войн, ведущихся Россией на разных фронтах — и это не успокаивает, а тревожит россиян.

Развернуть записьCollapse )


Валерий Соловей о том, почему не стоит радоваться развалу «московского дела»
akostyuhin


Смягчение приговора Павлу Устинову, который то ли вывихнул руку росгвардейцу, то ли просто проходил мимо, создало у защитников актера иллюзию смягчения политики, сдачи правоохранительной машины назад. Но тут стоит задуматься — машина сдала назад, чтобы остановиться или… разогнаться?

Главным аргументом при принятии решения по Павлу Устинову был знаменитый комментарий главы Росгвардии Виктора Золотова: если ни в чем не виноват, то можно ограничиться годом условно. Власть показывает, что она сильна, говорит, что делает вам шаг навстречу, но вы не воспринимайте это как нашу слабость, как нашу уступку. Ничего подобного!

Система больше всего боится продемонстрировать себя слабой. Поэтому ни на какие принципиальные уступки она не пойдет.

Освобождение Устинова показало: ситуация контролируется властью, что она хочет, то и делает. И эта позиция принципиальна — никаких уступок гражданскому обществу, никакой оттепели и уж тем более — весны.

Более того, я бы предположил, что нас ждет курс на ужесточение — но в другой манере, более изящной что ли. Например, есть возможность ресурсно истощить оппозицию — обкладывать ее штрафами, лишить штабы оргтехники. И эти инструменты пущены в ход, это чувствительные удары, не вызывающие, однако, такого сильного общественного резонанса, как, допустим, арест или предание суду по сфальсифицированным обвинениям. Но для организации оппозиции эти удары весьма чувствительны.

Второе — власти исходят из того, что протесты будут шириться и для их остановки любые средства окажутся хороши. Несомненно, митинг 29 сентября продемонстрировал окончание «московского кризиса», но в целом протестные настроения никуда не делись, они будут только нарастать.

Отмечу еще одну тенденцию — в России стали поднимать голос корпоративные интересы. Письма священников, педагогов и актеров в защиту политзаключенных мы видели — а это уже зачатки формирования профсоюзов. Но, с точки зрения влияния на общество, самые опасные группы для власти группы — это врачи и учителя.

Любые их «личные» требования — будь то справедливая зарплата или снижение нагрузки — превращаются в политические.

Развернуть записьCollapse )


Политолог Константин Калачёв о перспективах "Единой России": "Раскачивать вагон, изображая движение"
akostyuhin


В Кремле в очередной раз задумались о реформировании избирательного законодательства и закона о партиях, сообщают «Ведомости». По данным источника газеты, в администрации президента РФ уже собирают предложения по изменению соответствующих документов.

О том, каким путем в сложившихся условиях может пойти партийная реформа и к чему это в конченом счете приведет — ужесточению нынешней системы или некоторой ее либерализации, обозреватель «Росбалта» поговорил с руководителем «Политической экспертной группы» Константином Калачевым.

— На ваш взгляд, в какую сторону может сейчас двигаться российское законодательство о выборах и партиях?

— Я не думаю, что возможны какие-то принципиальные изменения — система консервативна. Другое дело, что надо искать какие-то ответы на вызовы и угрозы. Например, что ждет так называемое «умное голосование» во время выборов в Госдуму 2021 года? Или как на эти выборы повлияет не системная оппозиция? Что делать с системными либералами? Дать ли возможность представительства образованным («рассерженным») горожанам? Какой будет ситуация на партийном поле? Пока, как я думаю, до следующих региональных выборов 2020 года никаких серьезных перемен ожидать не приходится.

— Но вопросы, которые вы упомянули, уже поднимаются и сегодня…

— Конечно. Например, к Единому дню голосования в этом году не зарегистрированными оказались как никогда много кандидатов от парламентских партий… Но главный вопрос (для представителей власти) — аппаратная ответственность за те или иные результаты выборов. С точки зрения результатов все вроде бы более-менее неплохо, за исключением выборов в Москве и Хабаровском крае. На это как-то надо реагировать. Понятно, что количество претензий после последнего Единого дня голосования в этом году к избирательной системе возросло и есть поводы для недовольства, которое вылилось в протестные акции. Однако насколько глубоко надо реформировать избирательную систему, если учесть, что главное для администрации президента — это управляемость, программируемый результат?

То есть, с одной стороны, общественное мнение, а с другой, аппаратные задачи, которые надо решать. Есть ответственные люди в тех или иных регионах, которые явно не хотят быть проигравшими. Есть задача недопущения попадания в законодательную власть представителей несистемной оппозиции. Какой смысл расширять какие-то возможности, если кроме Москвы выраженного уличного протеста мы нигде не видели?

Развернуть записьCollapse )


Никита Белых: "Чтобы погасить штраф, который я должен государству, мне нужно ровно тысячу лет"
akostyuhin


Экс-губернатор Кировской области, который в данный момент отбывает наказание в 8 лет лишения свободы, подсчитал, что для выплаты долга ему придется работать библиотекарем в колонии «ровно тысячу лет».

«Арестовано [мое] имущество. По моим оценкам, то имущество, которое будет реализовываться, позволит получить порядка 5–7 миллионов рублей. И все. После этого этот долг [в 48,2 миллиона рублей] будет висеть на мне, пока я его каким-то образом не верну <...> Чтобы погасить штраф, который я должен государству, мне нужно ровно тысячу лет», – цитирует 7 октября бывшего главу Вятки РБК.

Белых напомнил, что сейчас его зарплата составляет 4,8 тысячи рублей, из которых часть идет на оплату долга. По его словам, на торги уже выставлены автомобиль и личные вещи. Кроме того, у экс-губернатора остается квартира в Перми.

Ранее на аукцион, действительно, были выставлены часы, черный седан и даже псалтырь 1779 года, принадлежавшие отбывающему наказание политику.

Источник: https://www.fontanka.ru/2019/10/07/033/